Родился Виктор Арайс (по-русски его фамилия означает "пахарь") 13 января 1910 года в Балдоне. Отец был кузнецом, а мать — дочкой зажиточного немца.

Первая мировая война разбила семью: отца призвали в армию, откуда он вернулся... с женой-китаянкой. Брошенные мать и сын, бедствовали. Виктору пришлось работать с восьми лет — сначала холопом, а потом он присоединился к артели ремесленников, которая зарабатывала возведением хозяйственных строений.

Учебу Арайс закончил в Елгавской гимназии, где показал себя прилежным учеником. Потом срочная служба в Видземском артиллерийском полку, которую завершил в звании капрала.

Далее молодой человек решил пробиться наверх по полицейской службе. Он окончил школу полиции, потом поступил на юридический факультет Латвийского университета, получил звание лейтенанта полиции и женился на Зелме Зейбот.

Приход Советской армии летом 1940 года Арайс встретил совершенно спокойно — сдал марксизм-ленинизм и получил диплом советского юриста. Ни он сам, ни его родня от сталинских репрессий не пострадали. И Виктор позднее не раз признавал, что верил большевикам и что они, в его понимании, не хуже гитлеровцев.

Тем не менее, после установления советской власти в Латвии, он организовал из исповедовавших националистические взгляды лиц так называемую "команду безопасности", которая впоследствии стала именоваться "Латышской вспомогательной полицией безопасности". В своей команде он с гордостью носил кличку "Шустин" (главный чекист Латвии 1940-1941 гг.), а члены его команды именовались "живчиками".

Когда 1 июля 1941 года фашисты вошли в Ригу, Арайс поспешил продемонстрировать свою лояльность новым властям, "захватив" брошенную префектуру полиции. Дальше все пошло как по маслу…

Уничтожив латвийских евреев, расстреляв всех душевнобольных и "пособников коммунистов" (заодно сведя и личные счеты), "команда Арайса" начала "гастролировать". То надо смести с лица земли несколько белорусских или российских деревень, то помочь "решить еврейский вопрос" в Варшавском гетто и т. п. Временами члены команды "отдыхали" в... Саласпилсском концлагере — естественно, как охрана.

Сам Арайс активно участвовал в расстрелах и требовал того же от своих подчиненных. Известно его высказывание: "Что это за латыш, который не убил ни одного жида?"

В 1942 году за проявленное усердие гитлеровское командование присвоило Арайсу звание штурмбаннфюрера (майор) SS, а в июле 1943-го он был награжден Крестом боевых заслуг с мечами.

Трудно назвать точное число убитых "пахарем" и его командой людей. Поэтому обычно пишут - "около ста тысяч". Хотя некоторые считают, что цифра явно занижена.

Когда война покатилась в другую сторону, а "запасы" жертв начали иссякать и фронт уже накатывался на тыл, большинство членов "команды Арайса" были отправлены на фронт в латышский легион SS. Когда же "запахло жареным", Арайс подался в Германию, где и встретил капитуляцию.

Как и все нацистские пособники, он долго скрывался. Но поскольку 1 сентября 1950 года США объявили, что не будут преследовать латышей из SS, то "пахарь" легализовался как "фронтовик" под фамилией своей жены — Зейбот. Только 10 июля 1975 года германские власти, наконец, "нашли" Арайса, который работал скромным наборщиком в типографии Франкфурта.

На суде выяснились чудовищные факты: он и его подручные расстреливали всех подряд и вели себя куда более жестоко, чем их немецкие "коллеги". На суде Арайс высказал лишь сожаление, что... "всех расстрелять не удалось, а потому остались живые свидетели".

Так как в Германии была отменена смертная казнь, то он получил максимум — пожизненное заключение. Умер палач в тюрьме Кассау в день своего рождения — 13 января 1988 года. Без покаяния и сожаления…

…В подвалах Большой хоральной синагоги, что располагалась в самом центре Риги на улице Гоголя, пряталось около 500 евреев-беженцев из Шауляя. Они сумели добраться только до Риги, потому что немецкое наступление отрезало им путь на восток. Измученные, перепуганные, полные самых страшных предчувствий женщины, старики и дети (а таких было подавляющее большинство), нашли приют в своем храме.

4-го июля, под вечер, Виктор Арайс и его подчиненные, подъехали на автомобилях к синагоге. Они облили стены керосином, обложили паклей, а потом подожгли. В матерей, пытавшихся выбросить детей из окон горящего здания, стреляли из автоматов. Когда старые стены занялись мощным пламенем, люди Арайса стали бросать в окна ручные гранаты. Так 500 евреев обрели здесь свой мученический конец.

В тот же день в Риге были разгромлены все остальные синагоги и молельные дома.

Немцы не принимали участия в расправе. Все было сделано руками местных фашистов из "команды Арайса".

Почему?

Прежде всего потому, что в то время немцы все еще были заняты своими военными делами. Поэтому власть находилась в руках латышей.

Как же сильно ненавидели евреев "истинные латышские патриоты"! Задыхаясь от бессильной зависти, за все – за преуспевающие магазины, адвокатские конторы и уютные дачи в Юрмале. Ненавидели за то, что евреи смели говорить на своем языке, молиться своему богу. И вот пришел их час…

Так было положено начало тотальному уничтожению латышскими фашистами еврейского населения...

Тогда же, 4 июля, в газете "Тевия" ("Отечество") – главной латышской газете времен немецкой оккупации, появилось "Приглашение" следующего содержания: "Все национально думающие латыши – "перконкрустовцы", студенты, "айзсарги", офицеры и другие, кто желает принять активное участие в очистке нашей земли от вредных элементов, могут обращаться к руководству команды безопасности по адресу Валдемара, 19, с 9-00 до 11-00 и с 17-00 до 19-00".

И "национально-думающие" латыши шли записываться в "команду Арайса", вдохновленные впечатляющим началом его деятельности.

К концу июля 1941 года в его отряде насчитывалось около сотни карателей. Самое удивительное и невероятное заключалось в том, что в основном это были студенты университета и ученики старших классов рижских школ. Некоторым из них едва исполнилось 15 лет. Много здесь было офицеров бывшей латвийской армии, полицейских и "айзсаргов".

11 июля 1941 года в здании Министерства просвещения происходило "полномочное собрание представителей латышской общественности", чья благонадежность и преданность рейху была подтверждена людьми из ведомства доктора Ланге – страшного и могущественного начальника гестапо. Там были и полковник-лейтенант Вейсс, и главный редактор "Тевии" Кродерс. Полковники Скайстлаукас, Крейшманис, представители ультранационалистической организации "Перконскрустс", старые агенты абвера Густав Целминьш и Адольф Шилде. Всего собралось около 40 человек.

Главной целью "благородного собрания" было составить общими усилиями текст телеграммы фюреру. Наконец, составили и утвердили следующее послание:

ФЮРЕРУ И РЕЙХСКАНЦЛЕРУ

АДОЛЬФУ ГИТЛЕРУ

ГЛАВНАЯ СТАВКА

11 июля 1941 года во вновь освобожденной Латвии впервые собрались представители латышского народа разных мест и разных профессий, чтобы выразить благодарность всего латышского народа покрытой славой немецкой армии и каждому немецкому воину, который участвовал в освобождении Латвии. Но особенно великому, увенчанному победами первому борцу немецкого народа и всей индогерманской нации Адольфу Гитлеру.

Мы отдаем на решение Адольфа Гитлера надежды всего латышского народа на соучастие в борьбе за освобождение Европы.

Латышский народ желает принять участие в строительстве новой Европы и доверием полагается на соответствующее решение Адольфа Гитлера.

Интересно, что подобного рода телеграмму, отправленную 25 июня 1941 года "спасителю европейской культуры" рейхсканцлеру великой Германии Адольфу Гитлеру и его отважной армии, освободившей литовскую территорию, подписал В. Ландсбергис-Жемкальнис – отец бывшего председателя Сейма Литвы господина Ландсбергиса.

Всеми этими людьми владела надежда – вот-вот немцы дадут добро на восстановление государственности Латвии. Поэтому и старались "патриоты" вовсю – убийства евреев и всевозможные надругательства над ними приобретали все более широкий характер. Уже начались первые массовые расстрелы в печально известном Бикерниекском лесу. Выражение лояльности рейху стало носить все более изуверский характер.

Одним из центров смерти в Риге была префектура. Другим – здание на улице Валдемара, 19, где размещалась когда-то штаб-квартира организации "Перконкрустс", а теперь расположился Арайс со своей командой.

Начав с поджога хоральной синагоги, "команда Арайса", как и другие участники гвардии "национально думающих латышей", стали проводить так называемые "ночные акции". С наступлением очередной душной ночи вооруженные молодцы небольшими группками – втроем или вчетвером – отправлялись в путь по притихшему городу. Они искали еврейские квартиры и могли делать там все, что им заблагорассудится.

В течение первых двух недель с момента оккупации Риги в латвийской столице было расстреляно почти 2,5 тысячи мужчин еврейской национальности. К 15-му августа число уничтоженных достигло уже 35-ти тысяч.